Главная | Авторские сказки | Малахитовый цветок Часть 1

Поиск

Малахитовый цветок Часть 1 Печать E-mail
Автор: Бешель Наталия   
22.07.2014 00:29
Скачать аудиосказку

Скачать аудиосказку

mp3, 62.9 Mb, 26:13

Слушать онлайн


Малахитовый цветок
(По мотивам сказов Бажова. Исполняет автор.)

В наших дивных местах малахит всегда был
На отличку от всех королёк с завитком
И кто, слышко, вожгаться с тем делом любил,
Подходяще выделывал. Но знатоком
Все считали Прокопыча. Лучше него
В малахитных делах не сыскать никого.
Только времечко всех пригибает к земле...
Уж не видно ему кромку вывести где.
Тяжко старой руке отбивать плетешок.
Вот когда пожалеешь, что ты одинок.


Здешний барин приказчику отдал наказ
Старику слать в ученье парнишек.
А Прокопыч кричит: "У него косой глаз!"
Да наставит на голову шишек.
"Не способный парнишка. И этот не гож.
По рукам видно, толку не будет."
"Что ж другого дадим, если этот не гож.
Неужель малахит так уж труден?"
Отцам - матерям жалко детей отдавать
В нездоровую зряшную муку,
Ведь отрава - то чистая пылью дышать,
Зеленеть и испытывать скуку.
А Прокопыч как буд-то жалел отдавать
Мастерство желторотым парнишкам.
Годы шли. Те старались работу ломать,
Пусть потом хоть затрещину влепят опять
И на лбу снова выскочит шишка.
Непременно прогонит Прокопыч взашей.
Что и было сладчайшей мечтой малышей.

На господском подворье мальчишечко жил.
Неизвестно душа в чём держалась.
Всё же ладненько Бог его мощи сложил :
Глазки синеньки, дивно свивалась
Золотых волосков непокорная прядь
Над высоким челом и плечами.
Но частенько, порой, приходилось их драть.
А за что? Посудите-ко сами.
В козачках полагалось в господском дому,
Как вьюну виться, бегать и протча.
Он забьётся тихонько в каком-то углу
И картины разглядыват молча.

Поразмыслил приказчик, Данилу услал:
"Пусть маленько в подпасках походит."
Вишь, парнишечко ровно старательный стал,
А и тут всё оплошка выходит.
На листочке букашку разглядывать взял,
Она сиза, с под крыльев желтенько,
Буд-то кружевом выбит листочка овал.
С краю тёмно, в серёдке светленько.
А букашка с листочка к травинке ползёт.
Так отрадно душе, загляденье...
Старый дед без подпаска коровок пасёт.
Жаль мальчонку, но есть опасенье,
Что пригреет на солнышке косточки дед,
Отобьётся корова волкам на обед.

На рожке научился Данилко играть,
Как никто в тех местах не играет.
Стали девки охотно его привечать
Кто сиротку, как мать приласкает.
Пониточек починит, рубашку сошьёт,
На онучи отрежет холстину,
Кто сытнее накормит, медочку нальёт,
Да в лукошко насыплет малину.

На заре свежий ветер росою бодрит.
Поднялось по деревне мычанье.
И послушное стадо дорогой бежит...
Наш Данилко играет страданья,
Ровно вовсе и нету на свете коров...
И старик задремал на пригреве...
А в местах тех глухих рыскат стая волков.
Ну она тут, как тут и при деле.
Спохватились да поздно, уж что там искать.
Коровёнок в деревню погнали.
А расправа известна, кого будут драть.
Всё, как есть, так и так обсказали.
Растянули сперва на дворе старика,
А как спину Данилы узрели,
Сам господский палач сомневался слегка :
"От удару не сразу ль сомлеет?"
Но хлыстом, всё же, тельце мальчонки задел.
А Данило молчит. Палач снова.
Тишина. Тут и вовсе, стервец, озверел,
Лупит с плеч, - ни единого слова.
"Врёшь, проклятий молчун, как на смерть зашибу,
Голос дашь!" А Данило трясётся
Слёзы каплют, до крови кусает губу
И от боли сомлел, как ведётся...
А приказчик то видел и молвит смешком:
" Иш упрямец какой терпеливый!
Теперь знаю куда мы его отошлём,
Если только останется живым."

Вихориха бабулька Данилку спасла.
Она вишь-ли траву всяку знала.
И какая трава в полной силе была
Непременно сама собирала.
Хорошо у старушки Данилке жилось,
Был ухожен, обласкан и сытен.
"Расскажи мне, бабулька, как в мире велось,
Что есть хитрого? Я любопытен."
Отвечала старуха: " Коль клад хочешь взять
На Иванов день нужно цветочек сорвать.
Если хочешь открыть всякий в мире замок -
На развывной траве воровской есть цветок.
Но цветок не простой - огонёк - бегунок,
Поганяйся за ним, коль не жаль своих ног...
Первый снег упадёт о Змеиной поре -
Малахитов цветок расцветает.
Он цветёт раз в году, в Малахитной горе.
Кто увидит - несчастье познает."
"Почему-же несчастье?" "Не знаю сынок,
Видно в тайном запрете есть мудрость и толк."

Вестовой углядел, что Данилко пошёл
И приказчику враз докладает.
Тот к Прокорычу живо парнишку привёл:
"Не гляди, что от ветру качает,
Он сноровист, упрям и к тому-ж сирота,
Обучай мастерству, не жалей живота."
"Ох и боязно мне,- говорит старичок,-
Выйдет дух из него, коль получит щелчок."
А Данилко уже у станочка стоит
И слегка головёнкой качает:
"Если вздумаешь, дедушко, кромку здесь бить
Это срезать узор означает."
"Эт со мною-то, с мастером, спорит сопляк,
Малахиту у рук не бывало,
А советует уж, что тут делать и как,
Буд-то мастер по камню бывалый."
Для порядку, конечно, старик покричал.
Над досочкой он сам долго бился.
А заморышь-то в самую точку попал,
В голове своей долго не рылся.
Одиноко Прокопыч в избе своей жил.
Накормил паренька, после спать уложил.
Жестковата скамейка - под низ пониток,
Под головку подушку, наверх кожушок.
Недокормыш уснул, а Прокопыч не спит.
Всё ворочался целую ночку.
Не идёт из его головы малахит.
Он тихонечко встал и к станочку.
Зажигает свечу и давай примерять
Одну кромку закроет, другую,
То прибавит побольше, убавит опять,
А выходит старался впустую.
Всё ж парнишко получше узорец понял.
До чего же глазастый, толк будет.
Подкормить бы его, а то вкрай отощал.
Так Прокопыч в ту ночь обо всём размышлял.

С той поры он от камня Данилу берёг.
( Не здорово, вишь, каменно дело )
То по клюкву в болота Данилушку шлёт,
Как от инея всё побелело.
Чаще в лес да на пруд, чтоб здоровьем дышал.
Потеплее зимой одевает.
А берёг потому, что сынишкой считал.
Повзрослеет - расскажет, что знает.
При хорошей-то жизни Данил возмужал.
Как не глянешь - девичья сухота.
Но не только гулял, а глазком примечал
Какова малахитна работа.
Прибегает домой и сейчас же пытать
Про поделки, Прокопыч расскажет,
Как с умом распилить, камень как околтать,
Объяснит и на деле покажет.
Всё Данил присмотрел, как на медь посадить,
Как на дерево врезать фасочку,
Чем поклеить, чем полер быстрей наводить
И как кромку отбить на досочку.

Как дознался приказчик - балует старик
Недокормыша всяким бездельем.
Враз на пруд поскакал и такой поднял крик
Да за ухо волок до заселья.
"Так-то учишься ты, растреклятый стервец?
Не минуешь, собака, побоев!"
А Прокопыч взмолился: "Помилуй, отец,
Не виновен парнишко, я болен,
Не могу принимать кроме рыбы еды.
Моя прихоть мальца довела до беды."
А приказчик не верит: "Уж как разодет
Недокормышь твой, морда с лоханю,
Предо мною пусть держит сейчас же ответ,
А не то все бока обломаю."
Свой запончик Данилушко ловко одел,
Так заправски к станочку подходит,
Буд-то вечность за этим станочком сидел,
И такие красоты выводит.
"Да когда хоть, милочек, ты это понял?"
"Ты показывал мне, ну, а я примечал."
До того это любо сердечку пришлось,
Что немало тут старческих слёз пролилось.

С той поры сам приказчик работу давал.
Поначалу пустяшные бляшки.
Там шкатулки, подсвечники, серьги для дам,
Всё листочки, цветочки, букашки.
А как змейку из цельного камешка свил,
То и вовсе приказчика сим удивил.
Срочно барину в город депешу строчит:
"Объявился у нас мастер снова.
Хоть и медленно режет ещё малахит
А в округе не сыщешь такого."
Барин пишет в ответ: "Пусть Данило мне в дом
Сделат тонкую чашу, да в сроки.
Чтоб на ножке была, вот тогда поглядим
На уроках держать иль в оброке."
Призывает приказчик Данилу к себе:
"Будешь здесь изощряться в тончайшей резьбе.
Привезут и станок, и каменья, струмент
И, чтоб выточил чашу на ножке вмомент."

Сам Прокорыч сноровку тут, вишь, поимел,
Всё растягивал время Данилиных дел,
Чтобы тот и поделку закончить успел
И для игрыщ с робятами время имел.
"Не оказывай полную силу, сынок,-
Так Прокопыч советовал,- ты не станок,
Всё равно не оценят талантливый труд
И безвременно жизнь жерновами сотрут."
Всё прикидывал, мерил Данило сперва.
Уж стерёгся, как мог, да тоскливо,
Разболелась от скуки его голова
И сорвался. Сработал на диво.
Чаша вышла тончайша, живою рукой.
Сделал чашу вторую и третью.
А приказчик как гаркнет: "Так вот ты какой!
За потворство Прокопыча плетью
Отшмыгаю, чтоб впредь и другим заказал!"
И так барину в точности всё описал.
Толь на барина стих какой умный нашёл,
Иль приказчик в немилость попался,
Но Даниле оброк пустяковый довёл.
А приказчик, чтоб впредь не решался
Парня с дедом делить, может споро вдвоём
Что-то новенько вырежут. Тут же при сём
Прилагался чертёж с новой чашей резной
Всяки штуки вокруг ободочка с каймой,
На подножке листочки и лента свита,
Вся узорна насквозь. Не поделка - мечта.
А внизу приписал: "Пусть пять лет хоть сидят,
А такую же в точности мне смастерят."

Споро взялся долбить эту чашу Данил
По чертёжику быстро её смастерил.
Только сердцу не мил этот каменный цвет.
Намудрённо, а в нём красоты ровно нет.
И запала Данилушке крепкая мысль.
Сделать чашу, каких не тачали,
Чтобы буд-то живые листочки вились
С малахитным узором совпали.
У Катюши в букете нашёл образец.
И пошёл изощряться по камню резец.
За усердной работой проходит годок.
Не даётся проклятый дурманов цветок.
А Прокопычу жалко смотреть на сынка
И заходит с женитьбой к нему с далека:
"Вот хоть Катя Летёмина, как хороша.
Не охаешь, ну чем не невеста?"
" Не лежит до женитьбы, дедуля, душа.
Так и зри молотком чашу тресну!
Уговор у нас с ней, что дождётся меня
Чаша будет подарком для свадебна дня."

На гулянку Прокопыч позвал мастеров,
Чтобы барскую чашу узрели
И Даниле сказали, кто есть он таков
И какой он достиг в жизни цели.
А Катюша дивится, родители тож,
Как обточено гладко, да чисто,
До чего же узор заковырист, пригож,
Не обломлено впрямь норовисто.
"То и горе,- вздыхает Данило смешком,-
Изощрённой уж больно выходит,
А сравниться не может с плохоньким цветком
Как не гляну - так сердце воротит.
Вот бы в камне красоты цветов передать,
Их живую и трепетну душу!"
"Ты, парнишечко, брось таки вещи болтать!"
"А ты, дедушко, молви, не струшу!
Портим камень ведь, где-то прожилка прошла,
Мы на ней сверлим дыры, цветочки.
А нашто они тут, это ж порча пошла,
Первый камень долбим на кусочки."
Старичоночко ветхий Данилу корит:
"Не ходи ты по той половице,
А то будешь Хозяйке долбить малахит
В заколдованой горной светлице.
Они делают всё, что Хозяйка велит.
На отличку от нашей работа."
Любопытно всем стало и каждый прилип,
Тако диво узнать всем охота:
"Любопытно, какую поделку видал?"
"Зарукавьице - змейку точёну.
Только буд-то живая свернулась в овал
Глазки живеньки, хвостик чернёный.
Мастера, вишь, Хозяйки видали цветок
Потому силу камня познали.
Но уж лучше туда не ходи ты, сынок,
А то свет белый милым не станет."
"Я бы всёже на этот цветок поглядел," -
Размышляет Данило. Катюша
Встрепенулась, да в слёзы: "Меня пожалей,
Как наскучило жить. Хоть послушай,
Что Прокопыч советует, что мастера..."
"Вам за свадебку б взяться младые пора.
Там детишки повышибут дурь с головы,
Не до старческой будет Даниле молвы.
Да ты, дедушко, стал из ума выживать
Разве можно такие советы давать?"
"Нет не вру, есть цветок в Малахитной горе
И цветёт только в ночь о Змеиной поре.
В нём показана камня живая краса.
Коль неправда, пусть примут меня небеса!
Верно бает Данил - разуметь не дано
Никому силу камня, хоть режем давно!"

Разошлись гости скоро, а бедный Данил
Об обещаной свадьбе и вовсе забыл.
Всё кругами обходит дурманов цветок.
"Может в гумешках взять подходящий кусок?"
И повадился он по забоям ходить,
Во всех шахтах кайлом и заступом долбить.
И в лесу ничего подходящего нет...
"У змеиной есть горки",- вдруг слышит ответ.
"Шутят что-ли. Да только здесь спрятаться где?"
И опять говорят: "На Змеиной горе
Ты Данилушко - мастер, что хочешь найдёшь
На твой замысел камень тот будет похож."
Оглянулся Данило - девица стоит,
Будто лёгкий туман у берёзки парит.
Сколыхнулся туман и рассыпался вмиг
Миллионами искорок, радужних брызг.
"Что за штука,- дивится,- неужто Сама?
Или я с этой чашей свихнулся с ума?"
Но пошёл всё ж Данило туда в другой день.
Из горы камень вывернут, буд-то бы пень.
Как по мыслям его в камне тёмненький низ
И прожилки где надо проходят.
Приволок его в дом и скорей резать лист,
Как живые листочки выходят.
Листья кучкой, зубчаты, ну чисто дурман.
Даже дед не сдержался, потрогал.
"Поглядишь, как живые, а тронешь - обман.
Вот, как мастерски, шельма, сработал."
Ну, а дальше, как чашу цветка резать стал,
Заколодило вдруг, красоту потерял.
Как не тонок, извилист его лепесток,
Всё ж безжизненный, каменный это цветок.
Опустил парень руки, ночами не спит.
Затворил красоту для него малахит.

Мастера говорят, что умует Данил
Ведь никто до него так то не мастерил.
Полечить его надо, минуется грех.
А Катюшенька плачет, сторонится всех.
Больно слышать о милом такие слова.
Вдруг приходит Данил: "Ты, Катюша, права,
Не подняться мне выше, вовек не понять
Силу камня. Зачем же тебя обижать?
Поскорее за свадебку, день сговорим."
У невесты готово, не станет за сим.
Уж весёлым Данило на Катю глядит.
Ну, а Катя и вовсе, как ангел парит.
Свадьба ровно пришлась об осенней поре,
Когда праздник змеиный начался.
Кто-то вслух помянул, что, наверно, в горе
Весь змеиный народец собрался.
На приметку Данилушко взял те слова,
Вспомнил всё о цветке малахитном.
Закружилась от мыслей опять голова.
И шмыгнул он за дверь тихо, хитро.
Он бежал спотыкаясь по мёрзлой земле,
И вокруг первый снег уж порошит.
Он не чует, как тает снежок на челе,
Только мысль о цветке и тревожит.
На Змеиную горку в лесу, как пришёл -
Стал искать то местечко где камень нашёл.
Видит выбито в стенке. Заходит и ждёт.
Как Хозяйка откроет без страха войдёт.
Вдруг повеяло летом - напротив сидит
Горы Медной Хозяйка, сидит и молчит.
Он признал её сразу по дивной красе
Малахитову платью, прилипшей косе.
"Что Данилушко-мастер, не вышла твоя
Дурман - чаша иль камень не тот дала я?
Попытайся сработать, дам камень другой."
"Не могу больше сил нет,- махнул он рукой,-
Покажи лучше мне, как цветёт твой цветок."
"Покажу, но жалеть потом будешь дружок."
"Из горы не отпустишь?" "Зачем не пущу.
Всем дорога открыта, не я ворочу.
Пожалей хоть Прокопыча, он тя жалел,
Накормил, обучил, своим сердцем согрел.
А невеста в тебе-то не чает души..."
"Всёравно жизни нет, мне цветок покажи."
"Коли так,- говорит,- то пойдём мастер в сад."
Зашумело, как осыпь земная назад.
Впереди дивный сад высоченный стоит -
Есть деревья из мрамора, есть змеевик.
Словом всякие, только живые на вид
И сучки, и листочки и ветер шумит,
Только голк от них буд-то кто гальку бросат,
Трава разна на цвет и цветочки пестрят.
Солнца тут не видать, а светло, как закат,
Меж деревьев золотеньки змейки блестят.
Трепыхаются, пляшут, От них свет идёт.
Вот девица Данилу к поляне ведёт.
Здесь на глине чернущи, как бархат кусты,
Колокольцы на них неземной красоты.
Лепестки малахитны, сурьмяна звезда,
Пчёлки огнены к звёздам слетелись сюда.
Звёзды тонко звонят ровно песню поют.
Ну, а пчёлки меж них всё снуют и снуют.
"Поглядел на цветок, а теперь уходи!
И за камнем по мыслям ко мне не ходи.
Если б сам ты придумал дала бы такой."
Замолчала и властно махнула рукой.
Зашумело кругом. Он у горки стоит,
А вокруг только снежная вьюга свистит.
Что же делать? Приходит Данило домой.
У невесты как раз вечеринка.
Он плясал, песни пел буд-то вовсе хмельной.
Вдруг случилась кака-то заминка.
"Что случилось с тобою, аль крепко вино?"
"Сам не знаю, в глазах зелено и красно,
В голове всё болит, почернел белый свет."
Холостяжник и девушки дали совет:
"А пойдёмте на воздух, обдует слегка,
Заодно и проводим до дому дружка."
Ночь без ветру была, тихо падал снежок.
Для разгулочки самое время.
А у Кати не весел любезный дружок.
Буд-то носит он тяжкое бремя.
Холостяжник с подружками песню поют,
Беготня у них, буд-то бы бьются,
Снег за ворот насыплют и щёки натрут,
Крики, писки и звонко смеются.
Без обряду невесту Данил проводил
И скорее домой, как чумной поспешил.

Спал Прокопыч давно. Потихоньку Данил
Свет зажёг. На серёдку избы притащил
Свои чаши. Стоит и разглядыват их.
Тут Прокопыч закашлялся, после затих.
"Что там с чашами,- спрашиват,- скоро сдавать?
Да пора, сколько можно верстак занимать."
Поболтали маленько, Прокопыч уснул.
И Данилушко лёг, но не спиться ему.
Поворочался, поднялся, свечку зажёг.
Поглядел на Прокопыча, - сколько берёг,
Как любил его этот тщедушный старик...
Слёзы душат Данилу, главою поник.
Как по сердцу ножом режет кашель старца...
Он и сам его чтит, как родного отца,
А что деется с ним он не знает и сам.
Взял балодку, как ахнет, аж схрупало там.
От дурмановой чаши куски расшвырял,
В барску плюнул в серёдку и с дому сбежал...

До сих пор о сём деле гадает народ
Где тепереча мастер - Данило живёт
Кто лопочет, что дескать, лишился ума
Или мастером в гору забрала Сама.
А на деле то было всё вовсе не так.
Про то дальше сказ будет, что было и как.
 
...
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100